Ця праця опублікована 1880 року мізерним тиражем. Вона не залишилася не поміченою фахівцями, однак масовий освічений читач досі не відає про її унікальні результати. Брошура “Древность малороссийского языка” Михайла Красуського (про її існування повідав мені ще під час роботи IX Міжнародного з’їзду славістів покійний Олександр Знойко) була виявлена в конволюті... без назви. Тут допоміг С.Плачинда. Згодом трапився поклик на досить оперативну рецензію в “Русском филологическом вестнике”, проте саме за той рік немає часопису в подільському сховищі дореволюційних журналів...
Отже, ім’я талановитого сходознавця було викинуте з історії індоєвропейських студій. Поки що знань про нього надто мало. Поляк за національністю, польський і російський філолог. У молоді роки переїхав з батьківщини в Одесу, тривалий час жив тут...
Пошук триває.
Друкуємо розвідку мовою оригіналу свідомо: так рельєфніше проступає об’єктивний погляд на вік нашої мови науковця, для якого, власне, українська культура була чужою (в брошурі це проявилося, зокрема, пасажем щодо козаків як “розбишак”). Безперечно, раніше до проблеми впритул підходили М. Максимович, П. Лукашевич, М. Драгоманов, який читав у Київському університеті історію Сходу... А проте розв’язати її змогла лише людина з колосальним знанням орієнтальних і європейських мов.
Закладений у заголовок парадокс М. Красуський вирішив блискуче, і не спростували його навіть випробуваним методом замовчування.
Поза сумнівом, ця публікація сприятиме радикальному переглядові підходів до індоєвропейських студій не лише в Україні, а й у сусідніх державах.
Віталій ДОВГИЧ
Занимаясь долгое время сравнением арийских языков, я пришел в убеждение, что малороссийский язык не только старше всех славянских, не исключая так называемого старославянского, но и санскритского, греческого, латинского и прочих арийских.
А между тем малороссийский язык не имеет по настоящее время даже порядочного словаря! Это обстоятельство не помешало нашим и заграничным филологам открыть действительный источник древних языков. К тому же, в последнее время заграничные ученые начали убеждаться, что колыбелью арийских племен не была Средняя Азия, но так названная Сарматская долина, или Славянская; следовательно, на этой равнине по настоящее время живут Малоросы, и происшедшие от них же колонисты на севере, и Новгородцы, и вообще Великоросы. Известно, что новгородское наречие наиболее подходит к малороссийскому.
Вообще признано, что цивилизация сильно влияет на порчу и перемену форм коренного языка; потому-то Французы и итальянцы уже не понимают латинского языка, а Немцы не понимают готского. Таким образом, и древняя индийская цивилизация из первобытного языка произвела санскритский, который уже вовсе не считается (как прежде) отцом всех арийских. А (так) как культура мало повлияла на малороссийский язык, то не удивительно, что он сохранился более других. Так, от малор. слова ходыты происходит находыты, знаходыты, а затем знахарь, или знающий где что найти, как взяться за дело и проч. Отсюда новое слово знаты, по-санскритски пишется gnatum, произносится джнатум (знать). Из этого видим, что первоначально наше з переделано на g, или дж, в латыни на g, в немецком на k, в итальянском и французском на с, например: conoscere, сonnaitre (знать). В том же, что знахарь и знаты происходят от знаходыты, по-польски znachodzic, сомневаться невозможно.
Нет сомнения, что название чисел, употребляемых всеми арийскими племенами, принадлежит глубокой древности; и если бы мы могли объяснить их (то есть чисел) происхождение, то тем самым нашли бы ключ для разрешения арийского вопроса. Вот как, по-моему, на основании форм малороссийского языка можно объяснить происхождение названия первых чисел, а именно:
1. Один происходит от малор. од-вин, или от-он, от него, разумея под этим, что счет начинается от первого пальца руки. Впрочем, это не новость, и вообще признано, что на выражение единицы послужило местоимение. Малор. вин значит он, по-чешски on.., польск. on, ony, у Новгородцев встречаем ен, ена (он, она), в санскрите ena (тот), но у тверских корелов она значит он, а он значит она, по-литовски anas (он), wenas (один). Малор. и русское одно, по-польски jedno, по-итальянски uno, отбрасывает g; так точно и латинское unus, una (один, одна) вместо udnus, udna, греческое en, enos вместо eden, edenos, английское one (один), немецкое ein, французское un. Санскритское una в значении один, одна отыскиваем в форме una vincanti, уже испорченной с латинского unus-de-viginti, undeviginti (девятнадцать). Так заимствование (примеров можно найти много) опровергает мнение тех, которые утверждают, что Славяне отделились от Индийцев последние. Напротив, Индийцы отделились от нас прежде, чем от Греков, Литовцев и Римлян.
2. Два, двое происходит от твой, твое, подразумевая здесь второй палец руки – указательный, служащий на означение лица предметов. По-польски вместо twoya часто употребляется twa (твоя). В санскрите twa, twam значит ты, dva значит два, по-итальянски tuo (твой), duo (два), готское twa, англ. two, нем. zwei. Малор. дви значит две, по-польски тоже dwie, но в санскрите dwi значит то же самое, что dwa и употребляется лишь в начале сложных чисел. Это, без сомнения, уже позаимствовано от малороссийских испорченных форм. Так, вместо дванадцять Малорос часто говорит двинадцать, вместо двасто говорит всегда двисти, что по-русски двести, по-польски dwiescie. Малорос. и перешло тоже и в латинский язык, например: viginti ex dviginti вместо dwaginti (двадцать). А между тем утверждают, что малор. и уже в историческое время произошло от польского ie. Напротив, малор. новийший пишется и в латыни novissimus, а не как русское и польское новейший.
3. Малор. тры происходит от тере, тре (трет), ибо средний палец трет о другие боковые. Итальянское tre (три) наиболее сохранило первоначальную форму; лат. tres, греч. treis, нем. drei, фран. trios. Но Малорос должен был переменить тре на тры, чтобы отличить от тре в значении трет. То самое и литов. trys, польс. trzy, рус. три и санскр. tri, как русское. Однако Малорос не говорит трытий, но третий, и тут отыскиваем окончание т в форме тре(т), которое у Русских сохранилось.
4. Малор. четыре, чотыры, штыры, польск. ecztery, кельтское cethir, происходит от малор. ще тере (еще трет), ибо четвертый палец еще трет о другие, как и третий. По-санскритски иностранные ученые пишут thshatur, произносится чатур (четыре), по-литов. keturi, лат. quatuor и греч., заменяя thsh на t, tettares, tessares. Четвертый по-кельт. cethvirtas, литов. ketvirtas, санскр. thshaturtha, или чатурта, греч. tettatrtos. Лат. quartos отбрасывает в середине t вместо лит. ketvirtus, так точно польск. czworo отбрасывает t из четверо, по-санскритски thshatwar, по-чешски ctvar. Уже от польск. czworo происходит английское four (четыре), нем. vier, vierte, а что немцы производят от vox! Напротив, готское fivor (четыре) вместо fitvor переменяет наше ч, или санскрит. thsh, греч t на f. Санскрит. форма thshatur вместо четыре, как равно латинское guatuor вместо литов. keturi не должны вовсе нас удивлять, если вспомним, что в некоторых местностях России вместо четыре говорят чатыри и проч., например, жана (жена), табе, сабе, яго вместо его. В санскрите чаще наше о переменяется на а так точно, как в одном из великорусских наречий, которое называют акающим, что, по уверению русских ученых, произошло от помеси с инородцами. Хотя Русские произносят а, но все же по-старому пишут о, точно так, как в новгородском наречии и в малорусском языке. Следовательно, мнения некоторых наших и заграничных ученых, что наше о происходит уже от а санскритского, не имеет научного основания. Иначе пришлось бы утверждать, что принадлежащие к финскому племени Чуды, Чуваши, Мордва и проч. происходят тоже от арийцев. Нет, я полагаю, что не только настоящий русский язык сравнительно новый, как и белорусский, но и старый литовский язык, близко подходящий к санскритскому и латинскому, в сильной степени испорчен помесью. Литва с трех сторон была окружена инородцами.
5. Пать, пятый происходит от малор. пив-утятый (в половине урезанный), или пидтятый (подрезанный). Пять по-чешски pet, старослав. носовое пенть, старопольское тоже носовое pent, penc, греч. Pente, санскр. pantshan, или паньчан. Пятый по-чешски party, польск. pointy, piaty, ведийское pantshata, греч. pemptos, отсюда, переменяя p на t, английское fifth (пятый) немец. funf (пять). Но и русское это простой народ переделывает на енто, ефто, евта. Точно так же произошли нем. funf, англ. five (пять). По-литов. penktas (пятый), по-латыни quitus, но и санскритское ap (вода), по-латыни aqua. Здесь кстати заметить, что носовых звуков, вкравшихся в старославянский и польский пент, pent, pienc, греч. pente, санскр. pantshshan, невозможно вовсе считать (как это делают) коренными, природными арийскому племени, потому что они приобретаются через слияние влажного климата и отсюда происходящих воспаления носовой оболочки, насморков, золотухи и разных катаров. Человек, имеющий насморк, всегда говорит в нос. Потому и не удивительно, что Поляки или прежние западные Поляне приобрели носовые звуки, ибо известно, что прежняя Великопольша была почти покрыта озерами и стоячими водами. Греки тоже жили почти на воде, а что касается Индийцев, у которых санскрит был одним из многих наречий, то они и теперь, несмотря на сильную жару и засухи, в продолжении нескольких месяцев в году живут в грязи, а целые страны, по случаю периодических дождей, делаются непроходимыми. Напротив, Малоросы жили прежде и живут теперь в сухом климате летом и зимою, а потому и не терпят носовых звуков еще больше, чем Русские, обитающие теперь на севере, в климате более влажном. Выше мы видели, что простолюдины уже переменяют это на енто и проч. Таких звуков в Великороссии теперь множество, и потому-то Русские отличаются хорошим французским выговором.
(Продовження у наступному номері)