Занимаясь долгое время сравнением арийских языков, я пришел в убеждение, что малороссийский язык не только старше всех славянских, не исключая так называемого старославянского, но и санскритского, греческого, латинского и прочих арийских.
|
|
Іван Малкович
НАПУЧУВАННЯ СІЛЬСЬКОГО ВЧИТЕЛЯ
Хай це, можливо,
і не найсуттєвіше,
але ти, дитино,
покликана захищати своїми
долоньками
крихітну свічечку букви «ї»,
а також,
витягнувшись на пальчиках,
оберігати місячний серпик
букви «є»,
що зрізаний з неба
разом із ниточкою.
Бо кажуть, дитино,
що мова наша – солов’їна.
Правильно кажуть.
Але затям собі,
що колись
можуть настати і такі часи,
коли нашої мови
не буде пам’ятати
навіть найменший соловейко.
Тому не можна покладатися
тільки на солов’їв,
дитино.
(Закінчення.Початок у №1-6)
Следовательно, уже от наших стертых форм произошли иностранные! От находить проис. нормандское fundu (найти), англ. to finde; но и Новгородцы говорят фодить вместо ходить, а Малорос часто говорит фататы вместо хвататы. Уже от формы испорченной фататы проис. лат. facio (делаю), буквально принимаюсь, хватаюсь за работу. Так само малор. лапаты (хватать), польс. lapac; по-греч. labein (брать), лат. labor (труд); отсюда малор. робыты, польс. robic, рус. работа, литов. loba. И санскр. Labhe тоже, как у нас, переменяется на rabhe.
От выходить, выйти малор. выстя, польс. wyjscie, что значит вместо выход или уход; отсюда нем. и англ. west (запад), фран. l’ouest, а от восход, или же восток, проис. нем. ost, англ. east, фран. l’est. Лат. ascendo, следовательно, тоже от восходить. От уходить, уйти проис. малор. устя (устье), польс. ujscie, итал. uscio (дверь, выход); отсюда же уста, польск. usta, санскр. ashta, asya, as, лат. os (уста), ostium, греч. estia (камин), фран. l’issue. От сходный или сходен проис. почти такое же арабское schaden (похожий). От сходиться, или мириться, проис. малор. сходный, отсюда для отличения от последней формы згодный, читай zhodnyi (миролюбивый), згода! польск. zgoda! (пусть так будет! хорошо!), англ. good! санскрит. hauta! (хорошо), нем. gut, а также малор. и рус. годи! или довольно! Нужно помнить, что Малорос почти не знает лат. и польс. g, рус. г, но всегда произносит как твердое h польское и английское; потому и переход от сходный до згодный очень естественный и понятный. Немецкие ученые утверждают, что и Нормандцы, и Германцы в самое древнее время не знали g, но h. Последнее преобладает и в санскрите, но уже мягкое, притом появляется и g, что я причисляю тоже к носовым звукам, не свойственным первобытным Арийцам.
Малор. годыты имеет многократное значение, уже частью забытое у других Славян, а именно: 1) Мирить, удовлетворять, нанимать на службу. 2) Сопоставлять одно с другим; отсюда готское gadeti (дело, работа). 3) Нападать, попасть, польск. godzic, ugodzic. Быть годным к чему, пригодным, малор. годно-есть делается годность, польск. godnosc (достоинство), англ. goodness (доброта), good (способный, добрый), goods (вещи, товары). 5) Угождать, отсюда вигода. 6) Погодить, отсюда погода; пождать, ожидать, дожидать, отсюда рус. дождь, малор. дождж, дощ /пор. висновки С.Наливайка щодо Дажбога. - В.Д./ польск. deszcz. От годить в значении угождать проис. итал. godere (пользоваться), goditore (смакоед), нем. gedeihen, лат. gaudeo (радуюсь, пользуюсь), греч. getheo, фр. la gaite (радость). Угождать по-малор. гаджаты, гажаты, отсюда санскр. gaga, читай гаджа (пьяница). От годить в значении сопоставлять одно с другим, согласовать проис. год, годына, санскр. hati, также gati, греч. etos, вместо hotos. От год проис. рус. годовать, или жить, пребывать в продолжении года, малор. годоваты, перегодоваты (провести год, выкормить скот). От годоваты (кормить) проис. готоваты (варить), готоваты (приготовлять), отсюда англ. hot (тепло), heat (теплота), нем. heiss, hitzih. К лат. coguo (варю) тоже привязано значение приготовлять, устраивать. Отсюда уже анг. to cook, нем. kuehen, Лат. coguo есть удвоенное вместо co-co, как bibo, удвоенное от пить.
Как от уходить, уйти проис. устье, польс.ujscie, также уста, польск. usta, так от уход проис. ухо, уши, где звуки сходятся и проникают, как в двери или форточку. По-итал. uscio, читай ушио (вход, дверь). Ухо по-греч. ous, готское auso, литов. ausis, а через перемену s на r лат. auris. Так точно от os (уста) проис. лат. oris. От auris уже проис. итал. orecchio, фр. oreill, англ. ear (ухо), в котором уже нет ни одной первоначальной буквы! Что касается формы auso, ausis, то и у нас иллир. uho переменяется на сербское uwo, наше ушко по-чешски ousko, русское его переменяется на ево, в пермском наречии добрыф, многиф вместо добрых, многих, восударь, восподин вместо государь, господин.
От малор. злыты-ухо (слить ухо) проис. слух, ибо звуки заливают, сливаются в ухе и производят слух. От слухать проис. слуга, по-санскр. sarakas вместо salahas, slaha. От слухать через замену l на r санскрит корень sru,cru, лат. clueo, греч. kluo (слышу), лат. cliens, провансальское cluiens, гот. hliuma. Как от знаходить, знайти проис. знать, так от слыхать проис. слыть, слынуть, старослав. слуты (слынуть). От малорос. окончания на в: слыв (слыл) проис. славный вместо словный, отсюда слава, славить, прославить, а затем слово, или прославлять словом / пор. висновки Б.Яценка щодо слов’ян. - В.Д./. От слова уже проис. Словяне, а не как русское Славяне через обыквенную замену о на а. От слава происходит ведийское sravas, cravas греч. klofos, лат. cluis ex cluvis, clivior, cluior. Не должны нас удивлять иностранные сокращения корней, например: санскр. sru, лат. clu вместо нашего основания слух, слых, слыш, ибо то же самое встречаем и у нас, например: тамбовское слы вместо слышишь, гля-ка вместо гляди-ка, табеи чал вместо тебе чаялось. Наше слава Нормандцы переделали на laf, lof, leif. Польс. czworo по-англ. four.
Фальмераер утверждает, что нынешние Греки суть лишь помесью Иллиро-Славян. До самого Крита встречаются названия гор, рек и селений по-славянски, наше влияние еще более проявляется на одежде, охоте, военных привычках и образе жизни Греков. В самом деле, некоторые наши слова заимствованы иностранцами уже сравнительно в новое время. Так, от слягти в значении лягать, лечь костьми, польс. zedz, poledz w bitwie или быть убитым на поле боя, проис. нем. schlacht (битва, бойня), schlagen (бить, ударить), в старину писали slagan; отсюда герм. lah (знак, нарез), нем. lachen (назначить), греч. lachos (часть, надел), лат. lancino (разрезаю), lacero (деру). Быть может, отсюда проис. новгородское ляшить, лешить поле, или делить на лехи, польс. lehca. В нижегород. ляхы, перм. леха означает двенадцатую часть десятины. В Визант. летописи 1147 уже встречаем lechis scythicae genti. Малор. злягты, польс. zlendz имеют также значение разрешиться от бремени. От этого же корня положиться проис. польс. polog, рус. пложать, плодить. В Новгород. лет. читаем: а которая жена подлегла (разрешилась от бремени), тую в дом взяти церковный. А вот как раз и нем. schlagen, прежде slahan означает тоже родить; von gatem schlag (доброго роду). Таким образом, норман. slagt, герман. slahta (род, семья) взяты от нас, а затем возвратились к нам в форме шляхта, польс. szlachta, szlachetny (благородный).
От того же корня лягать, а именно налагать, накладывать проис. малор. налыгач (веревка, которую накладывают на роги волов и связывают их попарно), отсюда лыгаты (связывать волы), греч. и лат. ligo (вяжу).
Коль скоро убедимся, что наше слово сделалось достоянием многих народов, даже не арийских, то само собою разумеется, что и первобытная славянская цивилизация, обычаи, установления и религия послужили образцом для других.
Потому-то и не будем сетовать на Коллонтая за его чересчур натянутую гипотезу о Скифах-Богах, которые будто бы прямо происходили от потомков уцелевшего от потопа семейства, а их язык был первобытным почти всего человечества! / Див. статтю С. Наливайка. - В.Д./. Мицеевский тоже называл Славян учителями почти всех народов /показовий збіг з цією думкою гіпотези Б.Яценка. - В.Д./, а Коллар наполнил ими землю и все периоды классической древности.
В самом деле, если принять в основание мнение иностранных ученых об арийской колыбели не в Азии, но на Славянской равнине, и если окинем взглядом многочисленные могилы, тянущиеся по ней до самого центра Азии, то становится очень правдоподобным, что наши предки не пришли на Днепр из Азии, а напротив, по дороге, которую усеяли своими костями, долгое время передвигались на восток и наконец покорили богатую Индию. В таком случае покорение Индии горстью казаков было лишь повторением прежнего /дивовижне відчуття закономірності, яку встановила лише сучасна пасіонарна теорія. - В.Д./, еще в доисторическое время в средней и южной Азии, где находились лучшие условия для высшей культуры. Мы сказали, что буква а господствует в санскрите, а вместе с тем представили доказательства, что не только наши, но и латинские о, е санскрит переменяет на а. Затем, если факт переделки русского языка инородцами внутренно-восточных губерний на наречие акающее сопоставим с предложенным, в доисторическое время, переселением наших предков в Азию, то таким путем легко убедимся, что они соприкасались во время долгого странствования с племенами финской и монгольской породы и тоже приобрели наречие акающее, или, другими словами, одно из древних индийских наречий. Впоследствии же прогресс цивилизации повлиял еще более на его искажение, то есть отступление от первоначальных форм. Настоящий русский литературный язык почти на глазах сделался неузнаваемым, а кто же может угадать, сколько столетий переделывался язык Индийцев, пока сделался санскритом! На искажение древнего языка не менее подействовало и смешение с первобытными обитателями Индии, так называемыми Дравидами. Языком арийского происхождения, по вычислению Макса Мюллера, говорит 1215 миллионов Индийцев, а языком Дравидов 115 миллионов. Еще недавно санскритский считался отцом всех арийских, теперь пришли к заключению, что он лишь может назваться их братом. А где же отец? /Нині це питання, нарешті, знову дебатується рос. сходознавцями. - В.Д./.
Мюллер утверждает, что он давно, еще перед санскритом, угас, но то же самое, верно, сказали бы и о древнем скандинавском, если бы Исландии уже не существовало. Как же для иностранных эрудитов, углубленных в своих мелочах, и Руссландия тоже почти не существует, то не станем им удивляться. Не будем удивляться и своим родным эрудитам, для которых малороссийский язык тоже почти не существует. Когда одного из них я наконец убедил, что малор. окончания в, вем /збереглося в укр. локальних говорах. - В.Д./ старше и старославянских, русских и польских л, l, lem, потому что такие же находим в санскритских wam, wa, в латинских vi, bam, в итальянских и испанских va, ba, тогда, к невыразимому моему удивлению, ученый профессор, как бы сожалея, что слишком далеко ушел от сросшейся с ним рутины, вдруг зашатался и сказал:
- Да… но… впрочем… а кто знает, может быть, действительно малор. в, вем произошло уже от л!
Известно, что наши предлоги по, на, соединяясь с корнями глаголов, образуют новые слова, предлогов этих уже в других словах не встречаем в первоначальном виде, но зато эти слова или новые корни, от них происшедшие, заимствованы от нас классическими языками, разумеется, еще перед разделением племен. Так, от малор. полыты (полить, о дожде, размочить землю /знову виник. асоц. з думками С.Наливайка. - В.Д./ проис. болото, вместо полото, полыто (грязь), польское bloto, итал. loto вместо boloto, bloto, лат. lutus, нем. land, польс. lad, фр. boue (грязь), санскр. (земля). Мы видим тут, что первоначальное болото, или грязь, переименовалось на землю у других народов, живших в климате влажном. Не только древняя Германия, но и древняя Индия были покрыты лесами.
От малор. тяты (резать), польс. ciac, санскр. ciati (отрезывает). От малор. стыпаты (срезывает), польс. scinac, лат. scindo, санскр. thsindami (режу), греч. schiso, нем. schinden. Но и малор. тяты переменяется на тюк, цюк, тюкаты, цюкаты, польс. ciukac (делаю нарезы), отсюда же сикты, сикачь, сокира, польс. sickac, siekiera (топор). От малор. посикты (посечь) проис. писок (песок), скр. pis, pish, pinashmi (сечу, толчу), лат. pinso. И тут малор. и мы встречаем в санскрите и в латыни, как равно и наш предлог по. Мы его встречаем и в лат. potens, что проис. от тяга, или тяжесть, туго, или тяжело, потуга (напряжение, сила), польс. tego (туго), potega (мощь), potezny значит то же самое, что санскр. pattjati, лат. potis-est, potestas, ex potent-tas, греч. despotes. От пора проис. малор. пуратыся, пурытыся /суто польська помилка; тут явно поратися. - В.Д./, польс. nurzac sie (углубляться), nurzac sie (изнемогать), ponury (угрюмый), греч. poneros (злой, хитрый). От малор. сполом, польс. pospolu, pospolstwo, или чернь, отсюда лат. populus вместо pospulus, итал. popolo, фр. people (народ), греч. pollos (многий), polis (город), лат. pollere politicus и проч., которых уже узнать невозможно, например, герман. и англ. folk (толпа).
Впрочем, иностранцы очень часто отбрасывают наши предлоги, например, малор. в доми, лат domi (в домі), но и Малоросы, и Русские часто говорят дома. От малор. вияты (веять) проис. витер, польс. wiater, санскр. wata, лат. ventus, англ. weather, нем. etter, то таковые уже происходят от малор. повитре (воздух, эпидемия), от по-витри, или движется с ветром. Наше по здесь отброшено, как отброшено на в норм. fundu (находить). Лат. aer, греч. aer вместо faer уже трудно узнать.
В заключение я должен сознаться, что в столь беглом извлечении из моего сравнительного труда я не имел претензий, а даже возможности исчерпать вопрос о происхождении арийских языков, но тем не менее все сказанное мною, кажется, не позволяет усомниться в том, что как малороссийский, так и русский (преимущественно народный) языки развились самостоятельно, без помощи так называемого старославянского, еще в доисторическое время, и что первый из них, господствуя в центре славянского мира, наименее между всеми старыми и новыми арийскими подвергся искажению. Что же касается доказательств, основанных на истории, то и летопись нас учит, что св. Кирилл нашел уже в Корсуни псалтырь и евангелию, рускы писмены писано, и человека обрит, глаголюще тою бесидою.